logo4site


vk fb fb fb insta youtube
      
Арт-проект «Имена России» Подкасты СОМБBOOK pamyatx150 pero300 ue cal200

ЭпосART: Джангар

p09

«Джангар» – героический эпос калмыцкого народа. Предполагают, что эпос сложился к XV веку: записан полностью в XX веке.

«Джангариада» имеет форму свода отдельных песен-поэм, посвященных истории сказочной счастливой страны «Бумба» и ее богатырям-защитникам. «Джангариада» – поэзия символов. Повседневная жизнь кочевника, возведенная в идеал, – так можно охарактеризовать эту символику – земную, праздничную, дышащую запахами степи.

Каждая из двенадцати песен-поэм «Джангариады» представляет историю отдельных богатырских деяний, повествуя об удивительных приключениях героев, путешествовавших по неведомым странам на земле и в преисподней, вышедших на поиски попавшего в беду друга или ушедшего от возмездия врага. Героические походы богатырей переплетаются с романическими приключениями, в ожиданиях долгожданной встречи с девушкой, достойной невестой богатыря, и т. д.

В увлекательных и во многом фантастичных повествованиях «Джангариады» постоянно звучит мелодия древних народных идеалов о райской жизни и о «девяноста девяти человеческих достоинствах».

В отличие от киргизского эпоса, во многом поэтизирующего походную жизнь кочевника, в «Джангариаде», наоборот, отчетливо улавливаются мотивы тоски по оседлому и мирному существованию.

В калмыцком эпосе выражено своеобразное мироощущение народа, кочевавшего по землям многих государств, накопившего разнообразные впечатления и познания, лелеявшего мечту о стране, где нет «лютых морозов, чтоб холодать, – летнего зноя, чтоб увядать», где есть покой и благоденствие.

В песнях «Джангариады», как и в эпосе других народов, проживших долгую кочевую жизнь, можно встретить поэтическое изображение неотразимой красоты благоуханных просторов бескрайних степей, с небосводом, усеянным ночью яркими звездами, а днем – залитым ласковыми лучами весеннего солнца. Одновременно здесь отразилось также и противоположное мироощущение, связанное с ужасами зимних буранов, пронизывающих своим ледяным дыханием ветхие кибитки простых табунщиков.

Горе и страдания, причиненные непрерывными столкновениями племен и набегами угонщиков скота, породили мечту простого кочевника о мирной жизни без войн и насилия. Эта мечта в калмыцкой «Джангариаде» воплотилась в образе сказочной страны «Бумбы», «где неизвестна старость, где молоды все», где люди живут в довольстве, ничего не деля на «мое» и «твое» и славят в дивных напевах «сладостное бытие».

Фантазия и мечта о желаемом, однако, сплелись в этом эпосе с впечатляющими картинами реальной действительности. Тяготение к реалистическому изображению жизненных событий в «Джангариаде» особенно отчетливо прослеживается в эпизодах, рассказывающих о действиях врагов Бумбы, об их несправедливых и жестоких делах.

В эпосе отчетливо прослеживается водораздел между моралью героев и их противников. На вопрос врага «кто ты такой», Хонгор отвечает: «Бумба – моя отчизна, где каждый богат, все родовиты, нет бедняков и сирот, смерти не знают в нетленной отчизне там, и мертвецы возвращаются к жизни там. Этой страною враг никогда не владел: стал я бронею мирских и духовных дел!»

И вот ответ завоевателя: «Я грозою народов слыву, хана злобного Киняса я исполин. Еду я, чтобы разрушить твою бумбулву, еду я, чтобы детей превратить в сирот, еду я, чтобы в раба превратить народ, еду я, чтобы нетленных жизни лишить, еду я, чтобы людей отчизны лишить...»

Нравственная несовместимость жизненных установок представителя народа и насильников здесь обозначена ясно и недвусмысленно.

В «Джангариаде» каждый богатырь чем-то знаменит и подчеркнуто отличается от своих соратников, являясь, однако, частицей единой когорты храбрых защитников бессмертной Бумбы. Один из старейшин, например, богатырь Алтан Цеджи, – мудрый ясновидец, он помнит то, что произошло девяносто девять лет назад, и знает то, что произойдет спустя девяносто девять лет. Другой батыр – славный Хонгор, прозванный за отвагу Алым Львом, «ста государств силой своей нападение способен повергнуть в прах». Савар Тяжелорукий величав, как гора. «Тщетно пытались тысячи биться с ним – падали богатыри без счету пред ним». Мингийан – «прекрасный воин вселенной, свет и краса державы нетленной».

Индивидуальные черты героев последовательно раскрываются в ходе развития единого сюжета.

Мир героев «Джангариады» весьма обширен и не ограничен пределами калмыцкой степи. Память о том, что видели далекие предки слагателей этого эпоса во время великих передвижений и странствований кочевых племен, причудливым эхом отозвалась в песнях «Джангариады», где то и дело мелькают слова: «берег океана», «двенадцать синих морей», река Ганг. Девятиярусный и пятибашенный дворец с железными воротами и «стеклами, красными, как огонь», «стеклами, белыми, как облака», «северная сторона которого покрыта была шкурою пегого быка, а полуденная сторона покрыта была шкурою сизого быка, чтобы зимовка была легка». Соединение идеала надежно сколоченной юрты (покрытой шкурою пегого или сизого быка) с фантастическим великолепием царского дворца – весьма характерная деталь для этого эпоса. Память о былом могуществе ойратского государства, в состав которого входили когда-то и первые сказители-джангарчи, несомненно, отразилась в этом народном и в своей основе демократическом эпосе. Очевидно, не случайно, что высшим эталоном силы и величия богатыря здесь все же остается ханский титул. Главный герой нередко именуется «владыкой семидесяти стран», хотя он и не является таковым, а чаще всего ничем и не отличается от других защитников сказочной Бумбы. Тем не менее, идеал силы и могущества в «Джангариаде» все же обозначен великолепием ханского престола. И вместе с тем великий нойон в «Джангариаде» в конечном счете – это народный избранник, и роскошный дворец для него построен самими простолюдинами в знак почитания и любви. Образ идеального хана, сотворенный народной фантазией в «Джангариаде», таким образом, остается незыблемым, в то время как в киргизском эпосе этот идеал постепенно развенчивается.

Но в «Джангариаде», так же как и в эпосе других народов, прошедших большой путь кочевой жизни, имеются и общие мотивы, как, например, культ коня (его боевые качества, быстрота бега, отвага и сообразительность), что является постоянным предметом поэтического восторга и горячей патетики. Мчится конь, говорится, например, в «Джангариаде», – ветер опередив; скачет он между небом и мягкой травой, «будто ветру завидовал он, будто пугался комков земли, что по дороге раскидывал он». «На расстояние бега целого дня ставил свои передние ноги скакун...» «Если сбоку взглянуть на него – сизо-белым зайцем летит, выскочившим из муравы...» «И полетел жеребец, как брошенный ком...» «Ветра быстрей поскакал отчаянный конь... и тогда показаться могло, будто в один ослепительный белый цвет с лохматогрудой землей слились небеса...»

В минуты опасности кони богатырей обретают дар человеческой речи, обращаясь к герою с советами и наставлениями. Ослабевшему в бою Хонгору конь говорит: «Ты ли из племени Шикширги, ты потомок ханши Мога! Не тебя ли страшились враги, не тобой ли пугали врага? Не ты ли победителем стал, не ты ли покорителем стал ханов семидесяти держав, не ты ли воинов гордостью был?.. Разве стыда в твоем сердце нет?..»

Богатырские кони имеют свою «биографию», свое прозвище и устойчивый рисунок своего внешнего облика.

В эпосе скотоводов-кочевников табуны являются незаменимой опорой жизни: источником пропитания и главным средством передвижения. Недаром война между кочевниками – это, прежде всего взаимный угон табунов. Поимка коня, седлание коня, ловкость и мастерство табунщика – все это важные показатели достоинств героя. Возмужание богатыря измеряется его отважным участием в угоне табунов неприятеля.

В «Джангариаде» охотно используется поэтическая сила точного числа. Это глубоко продуманный художественный прием: когда описания волшебных стран, морей и гор, сражений и поединков богатырей-великанов сопровождаются сухими цифрами, мерами длины, мерами времени, эффект получается удивительный, возникает иллюзия действительного существования этого сказочного мира.

Хочется обратить внимание читателей на одно удивительное место в поэме, свидетельствующее о необычайном преклонении калмыков перед народным эпосом. Одного из героев эпоса, богатыря Хонгра, просят спеть на пиру «Джангар» –

Звонкую, волшебную песнь,

Гордую, хвалебную песнь

Сыновей бессмертной земли.

И вот, когда Хонгр запел о себе самом, о своей удали и силе, запел о своих соратниках, –

Тогда не выдержал джангарчи,

Стали щеки его горячи,

Вышел он из себя, закричал:

«Эх, и могучее племя они,

В наше бы жили время они!»

Трудно найти в поэзии более сильные строки, говорящие о бессмертии искусства, о бессмертии народа.

3Петросян, А. А. О героическом эпосе народов Советского Союза : [вступительная статья] / Арфо Петросян. – Текст : непосредственный // Героический эпос народов СССР. – Москва : Художественная литература. – 1975. – (Библиотека всемирной литературы. Серия первая ; Т. 13). – С. 5-28.

 

1 2Джангар : из средневекового калмыцкого эпоса / перевод и послесловие Семена Липкина. – Текст : непосредственный // Сказания о народных героях : героический национальный эпос / [составитель Л. Н. Лысова]. – Москва : Школа-пресс, 1995. – (Круг чтения: Школьная программа). – С. 414-450. – ISBN 5-88527-048-1.

Книга содержит легенды, предания, сказания о героях, вошедших в историю разных народов: «Песнь о Роланде», баллады о Робине Гуде, сказания о русских героях и др.

Отобранные тексты, включая вступления к ним и комментарии, дают представление о различных эпосах мира, эпохах их создания и героях, помогают понять глубинные связи национальных традиций и образов, их своеобразие и взаимовлияние.

 

1 1Героический эпос «Джангар». – Текст : непосредственный // Калмыки / [Алексеева П. Э., Бадмаева Г. Ю., Бадмаева Т. Б. и др.] ; ответственные редакторы: Э. П. Бакаева, Н. Л. Жуковская ; [Российская академия наук, Институт этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая, Калмыцкий институт гуманитарных исследований]. – Москва : Наука, 2010. – (Народы и культуры). – С. 316-330. – ISBN 978-5-02-037573-4.

Джангар. Земля героев : [документальный фильм о калмыцком героическом эпосе «Джангар»] / автор Евгений Матонин ; режиссёр Татьяна Ушенко ; операторы: Василий Ивашенцев, Марат Кагарманов ; телеканал «Моя Планета» ; ведущий Никита Панфилов. – В фильме использована хроника из фондов РГАКФД. – Фильм вышел в 2016 г. – Изображение (движущееся ; двухмерное) : видео // YouTube : [сайт]. – URL: https://www.youtube.com/watch?v=JSQfMx-Ty6s (дата обращения: 14.07.2021).

Документальный фильм о калмыцком героическом эпосе «Джангар». В съемках фильма приняли участие артисты Национального драмтеатра, ученые-джангароведы и джангарчи Владимир Каруев, были проведены в Целинном, Яшкульском и Приютненском районах Калмыкии.

Программа «Земля героев» посвящена героическим эпосам народов России. Съемки велись в нескольких регионах. Бурятии, Карелии, Якутии, Башкирии, на Северном Кавказе. Главная цель проекта – рассказать о неизведанных уголках нашей необъятной страны. Прежде всего, в объективе камеры – живописная природа, земли, где рождались и жили богатыри.

Источники:

Калмыцкий Эпос. – Текст : электронный // Новосибирское отделение Русского географического общества : [сайт]. – Раздел сайта «Библиотека». – URL: http://www.rgo-sib.ru/book/kniga/71.htm (дата обращения: 14.07.2021).

Пашков, Б. К. Калмыцкий народный эпос «Джангар» / Б. К. Пашков. – Текст : электронный // Студия Санджи Буваева : [сайт]. – [Элиста], 2006-2020. – URL: http://djangar.kalmykia.net/epos-djangar.htm (дата обращения: 13.07.2021).

mkrf2

mkso